Двухсекундная пауза тянется бесконечно, и…

Неяркая вспышка, громкий хлопок пироножа — явно наложенный спецэффект, какие уж там звуки в космическом вакууме. Аварийная отстыковка. Одна из капсул отделяется от «Немезиды» и медленно плывет в черное никуда. Системы автономного жизнеобеспечения отключены, воздуха внутри на пятнадцать-двадцать минут. Кто-то выбыл из игры. И из жизни.

Но кто?

И вдруг, совершенно неожиданно, — снова рекламный блок.

Ответ прозвучал — но на десять минут позже, чем при прошлых эфирах голосований. Техническая накладка. Неудивительно, с каждым днем «Немезида» все дальше от Земли…

Подмосковье, главный офис КРТ, 15 июня 2028 года, 08:30

«FRAICHER VI» НИГДЕ НЕ ПОДВЕДЕТ!

Не лгала реклама, ой не лгала. Ни словечком. Не подвел шампунь, чье название переводилось с французского как «Свежий ветер», не подвел родимый…

Русые волосы Насти Чистовой (в миру — Кузякиной) оставались такими же пушисто-нежными, такими же невесомыми… В прямом смысле слова невесомыми. Никаких секущихся кончиков, никакой, упаси Господи, перхоти. И — ни капельки крови.

Кровь парила лишь вокруг ее фигуры, нелепо раскорячившейся, повисшей в центре спасательной капсулы. Парила, собравшись в шарики идеальной формы.

Стрельцов чисто теоретически знал, что так оно и происходит при отсутствии гравитации — и всё равно изображение на экране коробило своей неправильностью. Подсознание упрямо вопило: «Не может такого быть! Не может!» Трупу полагается мирно лежать, но не левитировать. А пятна крови, и кусочки черепа с прядями прославленных бесконечными рекламными роликами волос, и частицы мозгового вещества, — должны располагаться вокруг неподвижного тела, а не пародировать иллюстрацию из «Занимательной космонавтики».

Тошнотворная картина… Хотя навидался за свою жизнь Стрельцов и криминальных трупов, и мест преступлений предостаточно, — все равно тошнотворная.